Бедный йорик откуда

Йорик, Йорик, — бедный Йорик

Конституция разврата,
Не народные суды,
Дерьмократии блатхата
И растления умы.
Биороботами стали,
Человечность умерла.
Как же с этим все устали!
Навь* святое забрала.
Сгинем, если не изменим,
Пропадём, как чёрте что.
Почему грехами мерим,
Разве истинное — зло?
Сердцу нужно в правду верить,
А душе с прекрасным быть.
Мыслям просто дело делать,
Воплощать, да и любить.
Йорик*, Йорик – черепушка,
Что из будущего ждёт?
Где же Пушкин, где же кружка,
Где святое, что зовёт?
Йорик, Йорик, – бедный Йорик,
Неужели ты в былом?
Где бунтарь и чести стоик,
Где величье с умным лбом?
Божье место стало вздором,
Тленом, прахом, тишиной.
Что осталось с ясным взором
Под усталою луной?
«Вы будьте, облака, добры,
К полям, где сушь и горе.
Что толку в том, что вы щедры,
Водой питая море?»
Джами
«Любовь бежит от тех, кто гонится за нею,
А тем, кто прочь бежит, кидается на шею.»
Уильям Шекспир
И смех, и грех, когда вдруг — сожалею,
Нашел, узнал, а расширять не смею.
«Влюбиться можно в красоту,
Но полюбить – лишь только душу!»
Уильям Шекспир
Возглавить можно и мечту,
Когда в трудах не струшу!
Яков Быль 9.03.2020
***
*Навь — тонкий астральный мир, на который не распространяются материальные законы. Он многообразнее Яви, находится как в нашей, так и в других реальностях. Люди, умеющие смотреть зрением своего духа (третий глаз), видят именно Навь. Изначально мир Нави был светлым, где жили души предков. Но после войны, пришлось через Явь проводить границу, делящую Свет с Тьмой. Так, Навь разделили на Славь (Светлую Навь) и Тёмную Навь, в которую сами собой заселились разные низкочастотные сущности. Закончив свой путь в мире Яви, человек, попадает в Навь сменив оболочку на иную. Это другая форма существования, находящаяся за пределами наших ощущений. Навь составляет противоположность миру Прави, с аналогичным мироустройством, разница в том, что оно идёт в другую сторону с отрицательным знаком (в Прави солнце белое — в Нави чёрное). Она неоднородна, состоит из нескольких миров и в каждом царят свои законы и текут свои энергии с отличным друг от друга качеством излучения. В Нави очень трудно определить расстояние или время (вспомните сны). Самый ближний от нас мир, похож на зеркальное отражение нашего мира, с присутствием на нём разных форм жизни, аналогичной нашей, разница в питании (виды не едят себе подобных).
В следующий мир входят два уровня, мы знаем его по снам, он и создавался для того, чтобы наши души могли «прокачать» себя в ситуациях, которые в плотном мире Яви не могут произойти, добавляя к земным делам астральные. Его часто называют «сказочным».
Следующий мир делится на три мира, вложенных один в другой по принципу матрёшки, называют «творческим». Тут живут разумные существа, питающиеся энергией.
Тёмная Навь — обитель тёмных Богов, демонических существ и тёмных Духов. Людей, не нашедших упокоения при жизни. Духи тёмной Нави питаются отрицательной энергией, выделяемой существами Яви при страданиях. Навь непредсказуемый мир, в нём нельзя спланировать, что-нибудь заранее. Надо понимать, что Навь — это не мир зла. А боги Нави, разрушая старое, очищают путь новому. Из Нави человек приходит в мир плотной материи, и сюда же уходит его душа после смерти. Это информационный банк обо всём мироздании. Бескрайнее поле информации, которое знает прошлое, настоящее и будущее, в любых всевозможных вариантах событий.
*Йорик («Гамлет» (Шекспир)) — Видя череп, Гамлет произносит свой знаменитый монолог:
Бедный Йорик! Я знал его, Горацио: это был человек с бесконечным юмором и дивною фантазиею. Тысячу раз носил он меня на плечах, а теперь… Как отталкивают моё воображение эти останки! Мне почти дурно. Тут были уста — я целовал их так часто. Где теперь твои шутки, твои ужимки? Где песни, молнии острот, от которых все пирующие хохотали до упаду? Кто сострит теперь над твоею же костяной улыбкой? Всё пропало.

29. Череп Йорика на кладбище и череп Адама под основанием креста Иисуса

Рассуждение о прахе Александра Великого

Пятое действие трагедии Шекспира начинается со сцены на кладбище. Два могильщика роют яму для погребения (Офелии). В самом начале их беседы звучат такие слова:

«1-ый могильщик:… Садовники да могильщики самые старинные дворяне: АДАМОВО ремесло.

2-ой могильщик: А АДАМ был дворянин?

1-ый могильщик: Еще бы!», с. 133.

Далее следует подробное рассуждение про ВИСЕЛИЦУ. В частности: «Виселица переживает всех своих жильцов… Виселица делает добро, да как? Она делает добро тем, кто сам худо поступает…», с. 133.

На кладбище появляются Гамлет и Горацио. В этот момент могильщик выбрасывает на поверхность земли череп.

«1-й могильщик: Вот этот череп двадцать три года пролежал в земле.

Гамлет: Чей он?

1-й могильщик: Безмозглого дурака… Он вылил мне раз на голову целую бутылку рейнвейна. Это череп Йорика, что был шутом у короля.

Гамлет: Этот? (Берет череп)… Бедный Йорик! Я знал его, Горацио… Тысячу раз он носил меня на плечах, а теперь…», с. 135.

Этот шекспировский эпизод любят изображать художники, рис. 2.63-2.65.

Рис. 2.63. Гамлет, Горацио и могильщики рассматривают череп Йорика. По-видимому, это отражение христианской традиции, согласно которой под основанием креста Иисуса в земле лежал череп Адама (или даже целиком весь его скелет). Картина известного французского художника Делакруа (Eugene Delacroix, 1798–1863). Взято из , т. 3, вклейка между с. 138–139.

Рис. 2.64. «Бедный Йорик». Картина Даньяна?Бувре (Dagnan Bouveret, род. 1852). Взято из , т. 3, вклейка между с. 138–139.

О чем тут идет речь? Поскольку Гамлет — это отражение Христа, и так как его «встреча с черепом» происходит на кладбище, то сразу возникает мысль, что на самом деле здесь говорится о Голгофе, где был распят Христос. Недаром упоминается «виселица», то есть, вероятно, крест, на котором «повесили», распяли Иисуса.

Но ведь, согласно устойчивой христианской традиции, под основанием креста Иисуса был закопан череп Адама. Этот череп практически всегда изображается на иконах и картинах, показывающих распятие Христа, рис. 2.66, рис. 2.67. Более того, на некоторых старинных картинах изображено, что череп Адама ВЫКОПАН и валяется на поверхности земли, рядом с крестом Иисуса! Но ведь это — в точности то, что описывает Шекспир! Теперь становится понятно, почему в самом начале пятого акта трагедии могильщик упоминает именно АДАМА, когда начинает копать могилу, рядом с которой вскоре появится Гамлет (Христос). Теперь мы понимаем, что это «воспоминание об Адаме» вовсе не случайно.

Рис. 2.67. Распятие. У основания креста показан череп Адама. На правом боку Христа виден кровавый след от удара копьем. Слева — Мария Богородица, падающая в обморок. Брамантино (Bramantino), якобы около 1465–1530. Взято из , с. 124.

У Шекспира сцена с черепом на кладбище представлена в шутливом тоне. Нас это не должно удивлять. Как мы уже убедились, в некоторых местах трагедии Шекспир (как и Саксон Грамматик) талантливо создавал анти-Евангелие, посмеиваясь над каноническими христианскими сюжетами. Когда больше, когда меньше. Оба автора, будучи, вероятно, последователями царского христианства, явно недолюбливали апостольских христиан.

Обратим теперь внимание на то, что в сцене с черепом у Шекспира есть и другое интересное место. Держа в руке выкопанный из земли череп, принц обращается к своему спутнику Горацио.

«Гамлет: Как ты думаешь, был АЛЕКСАНДР (Великий — Авт.) в земле таким же?

Горацио: Точно таким.

Гамлет: И имел такой же запах? Фи! (Бросает череп)… Почему бы не проследить воображению благородный прах Александра до пивной бочки, где им замажут втулку?… Например, Александр умер, Александр похоронен, Александр сделался прахом; прах — земля; из земли делается замазка, и почему же бочке не быть замазанной именно прахом Александра? Кто поселял в народах страх, пред кем дышать едва лишь смели, великий цезарь — ныне прах, и им замазывают щели!», с. 135–136.

Здесь Гамлет насмешливо рассуждает об Александре Великом. Но ведь мы уже знаем, что под именем Александра Македонского (Великого) на страницах старинных хроник описан (частично) император Андроник-Христос (см., например, нашу книгу «Шах-наме: Иранская летопись Великой Империи XII–XVII веков»).

Следовательно, в этом месте своей трагедии Шекспир устами Гамлета-Христа посмеивается над образом Александра-Христа. То есть Христос якобы посмеивается над Христом, над самим собой. Само появление «Александра Великого» в данном месте текста показывает, что мы нащупали верный параллелизм, отождествив Гамлета с Андроником-Христом.

И опять-таки характер данного шекспировского фрагмента ясно показывает, что перед нами — анти-Евангелие. Увертливые «прогрессивные реформаторы» XVI–XVII веков ухмылялись над каноническими христианскими образами, рассуждая о Христе-Александре, прахом которого, дескать, вполне могли замазать щели в пивной бочке. Расшатывали устои имперской религии Империи. В Западной Европе в этом преуспели. Правда, не везде. И не навсегда.

Поделитесь на страничке

Следующая глава >

Первый могильщик:
…Этот череп, сэр, это череп Йорика, королевского скомороха.
Гамлет:
Этот?
Первый могильщик:
Этот самый.
Гамлет:
Дай взгляну. (Берет череп в руки). Бедный Йорик! — Я знал его, Горацио. Это был человек бесконечного остроумия, неистощимый на выдумки. Он тысячу раз таскал меня на спине. А теперь это само отвращение и тошнотой подступает к горлу. Здесь должны были двигаться губы, которые я целовал не знаю сколько раз. — Где теперь твои каламбуры, твои смешные выходки, твои куплеты? Где заразительное веселье, охватывавшее всех за столом? Ничего в запасе, чтоб позубоскалить над собственной беззубостью? Полное расслабление? Ну-ка, ступай в будуар великосветской женщины и скажи ей, какою она сделается когда-нибудь, несмотря на румяна в дюйм толщиною. Попробуй рассмешить ее этим предсказанием

Шекспир «Гамлет»
Чудесная солнечная погода просто заставила нас сегодня выйти на улицу и присоединиться к друзьям, которые поехали смотреть развалины старинных монастырей и замков.
В Дании множество старинных церквей которые сохранились в прекрасном состоянии. Но некоторые судьба не уберегла, и от них остались одни лишь развалины. Вот эти развалины мы и отправились смотреть.
Больше всего меня поразил, пожалуй Эбельхольт Клостер. Основанный в 1175 году, приехавшим из Франции аббатом Вильхельмом, монастырь в котором жили двадцать пять монахов, специализировавшихся на лечении травами и святыми мощами и накоплении книжных знаний, скоро стал процветающим и богатым. Монастырь, на заработанные лечением деньги, покупал окрестные земли и скоро стал владельцем обширных территорий вокруг. Он просуществовал несколько веков. Но во времена реформации церкви (1561 год) монастырь закрыли, а здании монастырской церкви разрушили.
И сейчас от былого великолепия, да собственно и от самого монастыря не осталось практически ничего. Фундамент, да пара колонн, и все.
Это кстати, видно на фотографии.
Отчего судьба распорядилась так, чтобы процветающий монастырь, центр знаний и медицины не сохранился совсем, а расположенная, например, неподалеку церквушка сохранилась в прекрасном состоянии, и поныне продолжает действовать?
Кто знает ответы на эти вопросы?
Рядом с музеем расположен маленький «аптечный» огородик, в которым посажены те травы, которые монахи использовали для лечения.
Чтобы редкие посетители развалин монастыря могли увидеть, весь медицинский арсенал тех лет.
Но я быть может и не стал бы об всем этом писать, если бы не поразивший меня, еще один маленький музей, часть всей экспозиции. Наверное, это самый странный и неожиданный музей, из тех, что я когда либо видел. Маленькое помещение заполнено застекленными стеллажами, в которых лежат исключительно черепа и скелеты тех, кого лечили и не смогли вылечить монахи. При монастыре было кладбище, и всех умерших хоронили там. А сейчас, произведя раскопки, все кости вынули, рассортировали по болезням, проанализировали и выставили на показ в музее.
Десятки скелетов и черепов, аккуратно рассортированные. И схема, где и как они лежали. Некоторые были похоронены «правильно», так, что когда после смерти нужно будет встать на окончательную битву со злом, то встанут они лицом на восток, т.е. сразу лицом к Богу. Другие видимо такого не заслужили, и были похоронены в другом направлении.
Музей обслуживает пожилой и доброжелательный сотрудник. Мои спутники уже вышли, а я задержался и он с удовольствием отвечает на все мои вопросы.
Просит обратить внимание на жемчужины экспозиции.
Вот там черепа воинов, -объясняет он, -и у каждого видны следы пробоин в черепах. А вот там сифилитики. А вот, не пропустили ли вы стенд со скелетами матерей, похороненными вместе со своими нерожденными детьми. Они прямо там сложены вместе, и скелет матери и скелет ребенка.
Но самый главный скелет в этом разделе — скелет ребенка, родившегося в гробу, после того как была похоронена его мать.

А вообще, конечно,- продолжает он, — вам должен был понравиться один из самых интересных наших экспонатов- человек, которого лечили, с помощью отвара мака, и он заснул. А врачи -монахи, решили что это не сон, а смерть наступила, и похоронили его заживо. Вот он там лежит, идите посмотрите. А, вы уже видели. Ну и как, впечатляет?
Попрощавшись со служителем музея, выхожу на улицу в задумчивом настроении. Светит солнце, также наверное, как когда-то светило всем тем, чьи останки я только что видел в музее.
И тут же конечно, мысли о скоротечности жизни, тленности бытия.
Вспоминаются и Гамлет, и «бедный Йорик» и Горацио.
Но отъехав на приличное расстояние от музея, увидев радостные толпы людей прогуливающиеся вдоль моря в курортном городишке Гилеляе, людей с наслажднеием вкушающих копченную рыбу, запивающих это холодным пивом в многочисленных кафе, я чувствую, что увиденные недавно скелеты и черепа, начинают забываться, а мысли о вечности и суете преходящего становится не такими яркими и сильными.

Черный — для охоты в ночи,
Белый для — для смерти и траура цвет,
Золотой для невест облачение.
И красный, чтоб снять заклинания навет.
Белый шелк — для тел наших сожжения,
Для возвращенных потерь — голубые знамена
Пламя — для Нефилима рождении,
И от греха отречения.
Серый — для знаний, о коих лучше молчать,
Костяной — для тех, что не стареют.
Для победного марша — шафрана огни,
А разбитые сердца — зеленый согреет.
Демонские башни серебром отливают,
А бронза к злым силам взывает.
Костяной для тех, кто не стареет.

(Охотятся в черном целую ночь,
Белый же цвет символ скорби.
В золоте подвенечное платье невесты,
А красный от магии тебя защитит.
На костре в белом шёлке тела наши сжигают,
А если потерянный воротился, синее знамя висит.
В честь рождения нефилима пламя зажигают,
И им же наши грехи смывают.
Серый для тех, кто много знает,
А костяной для тех из нас, кто не стареет.
Шафран при победном шествии сжигают,
И зелёный разбитые сердца наши исцеляет.
Серебром башни демонов покрывают,
А бронзой злые силы призывают.)

Гамлет, принц датский (пер. Б. Пастернака)

Гамлет. Не знаю.
Первый могильщик. Чтоб ему пусто было, чумовому сорванцу! Бутылку ренского вылил мне раз на голову, что вы скажете! Этот череп, сэр, это череп Йорика, королевского скомороха.
Гамлет. Этот?
Первый могильщик. Этот самый.
Гамлет. Дай взгляну. (Берет череп в руки). Бедный Йорик! – Я знал его, Горацио. Это был человек бесконечного остроумия, неистощимый на выдумки. Он тысячу раз таскал меня на спине. А теперь это само отвращение и тошнотой подступает к горлу. Здесь должны были двигаться губы, которые я целовал не знаю сколько раз. – Где теперь твои каламбуры, твои смешные выходки, твои куплеты? Где заразительное веселье, охватывавшее всех за столом? Ничего в запасе, чтоб позубоскалить над собственной беззубостью? Полное расслабление? Ну-ка, ступай в будуар великосветской женщины и скажи ей, какою она сделается когда-нибудь, несмотря на румяна в дюйм толщиною. Попробуй рассмешить ее этим предсказанием. – Скажи мне одну вещь, Горацио.
Горацио. Что именно, принц?
Гамлет. Как ты думаешь: Александр Македонский представлял в земле такое же зрелище?
Горацио. Да, в точности.
Гамлет. И так же вонял? Фу! (Кладет череп наземь.)
Горацио. Да, в точности, милорд.
Гамлет. До какого убожества можно опуститься, Горацио! Что мешает вообразить судьбу Александрова праха шаг за шагом, вплоть до последнего, когда он идет на затычку пивной бочки?
Горацио. Это значило бы рассматривать вещи слишком мелко,
Гамлет. Ничуть не бывало. Напротив, это значило бы послушно следовать за их развитием, подчиняясь вероятности. Примерно так: Александр умер, Александра похоронили, Александр стал прахом, прах – земля, из земли добывают глину. Почему глине, в которую он обратился, не оказаться в обмазке пивной бочки?
Истлевшим Цезарем от стужи
Заделывают дом снаружи.
Пред кем весь мир лежал в пыли,
Торчит затычкою в щели.
Но тише! Станем дальше! Вон король.
Входит шествие со священником во главе, за которым следует тело Офелии, Лаэрт, провожатые, король, королева и их свита.
Вон королева. Двор. Кого хоронят?
Как искажен порядок! Это знак,
Что мы на проводах самоубийцы.
Но нас увидят. Станем в стороне
И поглядим.
Отходит с Горацио в сторону.
Лаэрт
Что вы еще добавите из службы?
Гамлет
Вот благородный юноша Лаэрт.
Лаэрт
Что вы еще намерены добавить?
Священник
В предписанных границах свой устав
Мы уж и так расширили. Кончина
Ее темна, и, не вмешайся власть,
Лежать бы ей в неосвященном месте
До гласа трубного. Взамен молитв
Ее сопровождал бы град каменьев,
А ей на гроб возложены венки
И проводили с колокольным звоном
До изгороди.
Лаэрт
Значит, это все,
Что в вашей власти?
Священник
Да, мы отслужили,
Мы осквернили бы святой обряд,
Когда б над нею реквием пропели,
Как над другими.
Лаэрт
Опускайте гроб!
Пусть из ее неоскверненной плоти
Взрастут фиалки! – Помни, грубый поп:
Сестра на небе ангелом зареет,
Когда ты в корчах взвоешь.
Гамлет
То есть как;
Офелия?!
Королева (разбрасывает цветы.)
Нежнейшее – нежнейшей.
Спи с миром! Я тебя мечтала в дом
Ввести женою Гамлета. Мечтала
Покрыть цветами брачную постель,
А не могилу.
Лаэрт
Трижды тридцать казней
Свались втройне на голову того,
От чьих злодейств твой острый ум затмился!..
Не надо. Погодите засыпать.
Еще раз заключу ее в объятья.
Прыгает в могилу.
Заваливайте мертвую с живым!
На ровном месте взгромоздите гору,
Которая превысит Пелион
И голубой Олимп.
Гамлет (выступая вперед)
Кто тут, горюя,
Кричит на целый мир, так что над ним
Участливо толпятся в небе звезды,
Как нищий сброд? К его услугам я,
Принц Гамлет Датский.
Прыгает в могилу.
Лаэрт
Чтоб тебя, нечистый!
Борется с ним.
Гамлет
Учись молиться! Горла не дави.
Я не горяч, но я предупреждаю:
Отчаянное что-то есть во мне.
Ты, право, пожалеешь. Руки с горла!
Король
Разнять их!
Королева
Гамлет, Гамлет!
Все
Господа!
Горацио
Спокойней, принц!
Их разнимают, и они выходят из могилы.
Гамлет
Соперничество это
Согласен я оружьем разрешить
И не уймусь, пока мигают веки.
Королева
Соперничество, сын мой?
Гамлет
Я любил
Офелию, и сорок тысяч братьев
И вся любовь их – не чета моей.
Скажи, на что ты в честь ее способен?
Король
Он вне себя.
Королева
Не трогайте его.
Гамлет
Я знать хочу, на что бы ты решился?
Рыдал? Рвал платье? Дрался? Голодал?
Пил уксус? Крокодилов ел? Все это
Могу и я. Ты слезы лить пришел?
В могилу прыгать, мне на посмеянье?
Живьем зарытым быть? Могу и я.
Ты врал про горы? Миллионы акров
Нам на курган, чтоб солнце верх сожгло
И в бородавку превратилась Осса!
Ты думал глоткой взять? Могу и я.
Королева
Не обращайте на него вниманья.
Когда пройдет припадок, он опять
Придет в себя и станет тих, как голубь.
Гамлет
Лаэрт, откуда эта неприязнь?
Мне кажется, когда-то мы дружили.
А впрочем, что ж, на свете нет чудес:
Как волка ни корми, он смотрит в лес.
Уходит.
Король
Побудьте с ним, пожалуйста, Гораций.
Горацио уходит.
(Лаэрту)
Припомните вчерашний разговор
И потерпите. Все идет к развязке. —
Гертруда, пусть за принцем последят. —
За эту смерть нам жизнию заплатят.
Терпеть еще недолго. А потом
Тем облегченней с вами мы вздохнем.
Уходят.

Оставить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *